Япония территориальные споры

РУССКО-ЯПОНСКИЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ СПОРЫ. КУРИЛЬСКАЯ ПРОБЛЕМА В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 2000—2013 гг.

Секция: 1. История

XII Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: общественные и экономические науки»

РУССКО-ЯПОНСКИЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ СПОРЫ. КУРИЛЬСКАЯ ПРОБЛЕМА В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 2000—2013 гг.

Дипломатические отношения между Россией и Японией на протяжении долгого времени осложнены. Главная причина этого — наличие неразрешенного вопроса о принадлежности Южных островов Курильской гряды, или как называют эти острова в Японии — «северных территорий». Курильская проблема является весьма актуальной для исследования среди историков и политологов. В современной историографии наблюдаются разногласия среди авторов по поводу того, какая проблема является приоритетной изучении «Курильского» вопроса, сильно разнятся оценки перспектив разрешения спора вокруг Курильских островов, а так же подходы исследователей к данной проблеме. В данной статье отраженны основные тенденции в историографии «курильского» вопроса в период с 2000 по 2013 год.

Интерес к изучению проблемы Курильских островов среди ученых всякий раз резко повышается после конкретных политических и дипломатических действий со стороны российских лидеров. Всплеск научного интереса наблюдался в 2004—2005 гг. и в 2011 году. В первом случае это было связанно с визитом В.В. Путина в Японию, во втором — с поездкой Д.А. Медведева на Курилы и Сахалин и последовавшими за этим заявлениями правительства Японии. Стоит сказать, что в учебной литературе, как правило, авторы стараются не высказывать конкретных мнений относительно принадлежности так называемых «северных территорий». Но все же ненавязчиво заставляют считать острова Курильской гряды исконно русскими территориями [4]. В авторских же публикациях, исследователи открыто высказывают свое отношение к вопросу принадлежности Южных Курил.

Михайлов В.С., исходя из норм международного права, делает вывод, что Южные Курилы должны быть переданы Россией Японии сразу же после заключения мирного договора между двумя странами. Такой вывод он делает на основе декларации 1956 года. Саму проблему присоединения островов автор рассматривает в одном ряду с другими территориальными спорами в Японском и Охотском морях. Речь идет о вопросах использования проливов Лаперуза и Татарского, о взаимоотношениях двух корейских государств, о признании Российской территорией залива Петра Великого, о разграничении особых экономических зон России и Японии в акватории Охотского моря. В.С. Михайлов считает, что разрешение всех этих вопросов одновременно необходимо в первую очередь для спасения экологии вод Японского моря [12].

Оппонируя Михайлову, Б.М. Афонин доказывает законность владения Россией Курилами. Борис Михайлович, рассматривая вековую историю курильского вопроса, в ряде статей указывает на вмешательство в диалог России и Японии третьих стран, сначала Великобритании, а позже, во времена «холодной» войны, США. Автор, опираясь на текст соглашения Крымской конференции 1945 года, отстаивает мнение, что Россия имеет полное право на владение Южными Курилами [3].

Среди исследователей Курильского вопроса распространено убеждение позиция, что разрешение спора России и Японии возможно лишь при решительных действиях руководства двух стран. Бывший ректор Дипломатической академии МИД РФ А.Н. Панов в монографии описывает особенности взаимоотношений России и Японии на современном этапе, указывая на необходимость волевого политического решения со стороны лидеров обоих государств. Любые размышления по поводу Курильских островов автор называет «бессмысленными», так как у обеих сторон есть правовое обоснование своих претензий на Южные Курилы [15, с. 143—210]. Похожую точку зрения высказывает и Б.М. Афонин [2]. Другой известный востоковед С.Г. Лузянин также отмечает на ведущую роль президента России в разрешении спора вокруг Курильской гряды [11, с. 49—162].

Делая акцент на интересы правительства в вопросах просвещения населения территориальном споре двух стран, В. Галицкий в своей публикации основывается на Указе президиума Верховного совета СССР от 2 сентября 1945 г.: «Об объявлении 3 сентября праздником победы над Японией» [5, с. 27]. Автор говорит о намеренном умалчивании со стороны российской верхушки о таком важном событии, как разгром Японии, главного виновника «развёртывания мировых событий в негативном направлении» и её капитуляции, только после чего Вторая мировая война и закончилась [6]. Такие действия со стороны России идут на пользу Японии. Их можно расценивать, как попытку со стороны РФ сгладить конфликт, но такие действия дают Японии официальный повод пересматривать результаты Второй мировой войны [5].

Актуальным в изучении проблемы «северных территорий» является анализ средств массовой информации. В совместной статье Е.Л. Козлова и С.С. Ходовой вопрос судьбы Курильских островов показан через призму интересов отдельных групп общества в России и Японии. Большая часть анализа общественного мнения основывается на изучении печатных и электронных СМИ [10]. Б.М. Афонин в одной из статей описывает ситуацию вокруг Курильских островов, также привлекая газетные публикации в качестве источников [2]. Обе эти публикации объединяет мнение, что сложная политическая и экономическая ситуация в обществе, общее недовольство населения Дальнего Востока не позволили президенту Путину принять решение о передаче островов Японии. В обеих статьях подчеркивается, что российское общество ошибочно считает Курильские острова территорией исторически принадлежавшей России. В.В. Кожевников изучая причины и последствия русско-японского конфликта, также ссылается на газетные и журнальные публикации [8].

В основе исследования Ю.Д. Михайловой лежит социологический опрос общественного мнения граждан России о Японии и российско-японских отношениях. Опрос, проводимый в Санкт-Петербурге и Владивостоке в одно и то же время, был нацелен на выяснение общей информированности о Японии и островах россиян. Такой фактор, как расположение городов в разных концах страны, существенной роли не сыграл. Население повсеместно проявило заинтересованность в развитии отношений между государствами, положительно было принято наметившееся «присутствие» Японии в жизни россиян в виде промышленных изделий, прессы, да и самих японцев. Но это вовсе не показатель автоматической ликвидации конфликта на высшем уровне между двумя странами [13].

В ряде публикаций авторы рассматривают проблему Курильских островов с точки зрения национальных интересов России. Д.Ю. Алексеев показал важность Южных Курил для России, отметив то, что в условиях роста мирового населения земельные ресурсы становятся важнейшими объектами государственной политики. Кроме того, Алексеев указывает на потерю богатых морских акваторий в случае передачи Японии так называемых «северных территорий» [1]. Д.Ю. Алексеев и Б.М. Афонин поднимают вопрос о недопустимости каких-либо договоров с Японией, пока на японской территории размещаются военно-морские базы США [2; 1]. При этом оба исследователя, понимая маловероятность ухода из региона войск США, называют это одной из основных причин неразрешимости курильского вопроса на современном этапе. С.Г. Лузянин, объединяя в одну логическую цепочку все спорные геополитические вопросы в Азии, делает вывод об исключительной важности сохранения Россией Курил для повышения её влияния в регионе [11].

О национальных интересах, а если быть более точными, то о собственной государственной выгоде для России пишет В.В Кожевников. Условия трагедии, когда одна из стран испытывает трудности, становятся катализатором в улучшении отношений при наличии взаимопомощи друг другу. Автор анализирует политическую обстановку на фоне аварии на АЭС «Фукусима 1», называя такую ситуацию дипломатией, «которую диктует землетрясения» [7, c. 49]. Автор указывает следующее противоречие: за немедленно оказанную помощь пострадавшему населению Японии дипломаты и политики публично выражали огромную благодарность, однако, параллельно с этим вновь появлялись претензии и провокационные речи со стороны японского правительства. В своих выступлениях японские политики осуждали визит на Курилы и Сахалин российских министров в мае 2001 года [7]. Помимо этого и Российская помощь в ликвидации последствий землетрясения подавалась порой в совершенно негативном контексте. Так Ясуо Найто из газеты “Sankei Express” писал, что президент РФ Д.А. Медведев приглашал в Россию пострадавших от бедствия японцев, для возможности использовать их в роли рабочей силы на территории Сибири и Дальнего Востока, где наблюдается утечка российского населения [14]. Вопрос о снабжении энергоресурсами Японии после катастрофы каждой страной трактовался по-своему. Так Россия видела себя в шкуре спасителя, поскольку в короткие сроки увеличились поставки газа к пострадавшим территориям. Само собой это не был благотворительный жест. Но правительство Японии было уверенно, что В.В. Путин решил сделать Токио максимально зависимым от российских природных ресурсов. В условиях сложившихся обстоятельств мнение некоторых российских политиков и общественных деятелей тоже выглядело не лучшим образом, что нашло отражение в работах исследователей. Козаков О.А., изучая отношение россиян к Курильскому вопросу, приводит интересные примеры высказываний знаменитостей — режиссера Никиты Михалкова и священника Александра Шумского о том, что японцев в виде землетрясений и цунами постигла кара Божья за то, что «что в душе у них — безбожье» [9].

Кожевников В.В. систематизировал причины и последствия откладывания решения «курильской» проблемы, называя главной причиной разногласия политической элиты по этому вопросу, как в России, так и в Японии. В качестве доказательства наличия разногласий автор приводит данные опросов общественного мнения, и цитаты политиков и чиновников обоих государств. Кроме того, В.В. Кожевников доказывает, что вопрос «северных территорий» не является приоритетным ни для России, ни для Японии, поэтому его решение каждый раз откладывается [8].

И. Шевырёв одним из последних осветил курильский вопрос в своей статье. Автор пишет о том, что в 2012 году началась предвыборная программа В.В. Путина на должность президента РФ. Находясь на должности премьера, В.В. Путин собирался одобрить решение о передачи двух из четырех островов Курильской гряды, вокруг которых ведётся спор. Это решение было показательным, оно демонстрировало активное желание со стороны премьер-министра в кротчайшие сроки решить проблему многолетнего территориального конфликта с Японией и как следствие, подписать мирный договор. Подобного рода намерение для японской стороны было ошеломляющим событием, на фоне предыдущих событий, связанных с политическими действиями Д.А. Медведева. После его поездки на Кунашир в ноябре 2010 года. Японское правительство резко негативно отреагировало на визит президента на острова, и отношения между странами находились в состоянии громкого политического конфликта. Но это заявление Путина больше нигде и никогда не дало своего отголоска, предвыборное решение о передаче островов было всего лишь политическим манёвром и не более [16].

Ситуация изменилась в 2013 году. 29 апреля состоялся официальный визит премьера Японии Синдзо Абэ в Москву с главной темой переговоров — Курильские острова и связанное с этим вопросом заключение мирного договора. Важным фактом является то, что переговоры на данную тему не велись уже 10 лет. В 2012 Путин сделал ставки и взял паузу, которую первой не выдержало Токио. Возможно, правительство страны восходящего солнца ещё много лет назад смирилось бы с безвозвратной потерей на право владения четырьмя южными островами Курильского архипелага, но двойственность российской позиции каждый раз возвращает надежду на достижение цели, а за ней и последующую агрессию, ввиду очередного провала. Российское правительство утверждает о невозможности передачи территорий, но спустя некоторое время настаивает на решении вопроса о принадлежности Курил путём референдума.

Отечественные исследователи в большинстве своём склонны полагать, что с исторической точки зрения права на Курилы принадлежат России. Однако некоторые работы по своему содержанию носят совсем иной характер. Ввиду последних событий в Украине, вопрос территориальной принадлежности Крыма не менее актуален. Появившаяся полемика сделала необходимым обращение к Международному праву, которое гласит о том, что все государства, участвующие в Международном пакте о гражданских и политических правах, должны в соответствии с положениями Устава ООН поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право. Отсюда можно сделать вывод, что мнение проживающих граждан РФ на территории Курильских островов будут учитываться в первую очередь. Не только решение Москвы или Токио будет первостепенным в решении вопроса. В любом случае проблема будет решаться на основе международного права и с учётом интересов двух соседних государств.

В целом, можно говорить, об отсутствии среди исследователей единого понимания причин, характера и последствий территориального спора между Россией и Японией. Главным вопросом, поднимаемым в большинстве изученных трудов, является вопрос правого обоснования принадлежности островов. Большое внимание исследователи уделяют изучению общественного мнения граждан РФ по вопросу о принадлежности островов и путях решения Курильского вопроса, при этом некоторые ученые сравнивают и проводят аналогии между настроениями масс в Японии и России.

Каким образом Япония предлагает решить территориальные споры с РФ?

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ во время визита на остров Хоккайдо заявил, что намерен решить территориальный спор с Россией по островам южной части Курильской гряды и подписать мирный договор по итогам Второй мировой войны.

«Моя миссия как политика, как премьер-министра заключается в том, чтобы во что бы то ни стало добиться этого», — отметил Абэ.

На какие острова претендует Япония?

По итогам Второй мировой войны острова вошли в состав СССР согласно указу Президиума Верховного Совета СССР «об образовании на территории Южного Сахалина и Курильских островов Южно-Сахалинской области в составе Хабаровского края РСФСР».

В 1956 году СССР и Япония приняли мирный договор, однако подписывать документ Токио не стал, потому что по нему выходило, что страна отказывается от прав на северные острова Итуруп и Кунашир.

Эксперт: «Япония милитаризуется, и этот процесс будет только ускоряться». Подробнее

Почему Россия считает Южные Курилы своими?

РФ является правопреемницей СССР, в состав которого Южные Курилы вошли по итогам Второй мировой войны. По этой причине суверенитет России над этими островами, имеющий международно-правовое оформление, с точки зрения Москвы, сомнению не подлежит.

В мае 2014 года президент РФ Владимир Путин заявил, что РФ искренне заинтересована в решении проблемы Курильских островов, но как достичь в этом вопросе «принципа ничьей», пока непонятно. «И Япония, и Россия искренне заинтересованы в том, чтобы эта проблема была решена», — подчеркнул президент. При этом он отметил, что выход из данной ситуации не должен ущемлять интересы обеих стран и должен быть приемлемым компромиссом, чтобы ни одна из сторон не чувствовала себя проигравшей.

* Симодский трактат — первый договор между Российской империей и Японией, заключённый в 1855 году. Он устанавливал:

  • дипломатические отношения между странами;
  • защиту и покровительство подданных одной страны на территории другой, обеспечивалась неприкосновенность их собственности;
  • территориальную границу между странами на Курилах — она была проведена между островами Уруп и Итуруп (остров Сахалин остался неразделённым);
  • открытие для русских судов портов Хакодатэ, Нагасаки и Симода, где разрешались торговые сделки в ограниченных размерах и под присмотром японских чиновников;
  • назначение русского консула в одном из открытых портов.

При обмене ратификационными грамотами в мае 1856 года в Симоде японской стороне были переданы в дар шхуна «Хэда» и 52 пушки с фрегата «Диана».

Япония и Россия заявили о готовности решить территориальные споры

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ на встрече с Владимиром Путиным предложил начать в российско-японских отношениях «новую эпоху».

Об этом сообщают российские СМИ по итогу встречи лидеров стран на Восточном экономическом форуме, который проходит во Владивостоке.

Премьер Японии и президент РФ заявили, что готовы урегулировать вопрос о том, кому принадлежит Курильский архипелаг, и подписать мирный договор.

«Оставив ситуацию такой, как она есть, никто не сможет передать лучшие возможности следующим поколениям», — заявил японский премьер, обращаясь к Путину. — Предлагаю поставить точку в этой ненормальной ситуации, которая длилась 70 лет, и совместно начать выстраивать новую эпоху российско-японских отношений».

Глава Кремля подчеркнул, что «проблему следует решить».

14.3. Территориальные споры

Ушли в прошлое времена, когда территориальные претензии и споры упрощенно считались порождением капиталистического общества. Споры о территориальных пределах с древности были, являются ныне и останутся на все обозримое будущее главными в международном праве. Стоит вспомнить, когда во времена М.С.Горбачева “встала”, причем “вдруг”, проблема Курильских островов. Не только некоторые газеты писали про “четыре скалы в океане”, вокруг которых “столько излишнего шума”, но и кое-кто из российских политиков выступал за передачу Японии части российской территории. Лишь общественное мнение предотвратило роковое развитие событий.

За вопросом о государственной принадлежности Курильских островов встала политическая проблема гигантского масштаба — речь идет о территории, принципах ее организации, условиях изменения ее границ.

Государства обязаны “воздерживаться от угрозы силой или ее применения с целью нарушения существующих международных границ другого государства или в качестве средства разрешения международных споров, в том числе территориальных споров и вопросов, касающихся государственных границ” (Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, от 24 октября 1970 г.). Аналогичное требование содержит и Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975 г. (раздел “Декларация принципов, которыми государства-участники будут руководствоваться во взаимных отношениях”). Важная взаимосвязь принципов отмечена в Декларации 1970 г.: “Каждый принцип должен рассматриваться в контексте всех других принципов”.

Парижская хартия для новой Европы (1990 г.) подтвердила тягу европейских народов к миру, солидарности и уменьшению пограничных барьеров.

Еще Г.Гроций сформулировал ключевой для разрешения многих территориальных межгосударственных споров вывод: “В землях, заключенных в естественные границы, незначительное изменение курса реки меняет и границы территории; что бы река ни прибавила к противоположному берегу, все отходит под власть того, к чьему владению принадлежит приращение; ведь надо полагать, что оба народа установили свою власть над территорией так, чтобы середина реки разделяла их как естественная граница”.

Несмотря на эту давнюю теоретическую позицию на практике и в настоящее время часто болезненно решаются проблемы фарватера реки и вытекающего из последних статуса речных островов. И это вопросы не только демаркации, но и делимитации границы.

Международно-правовой нормой является требование к спорящим государствам воздержаться от всяких действий в спорном районе, которые могут усугубить спор. Но на практике государство, контролирующее спорную территорию, как правило, стремится использовать все средства для прямого или косвенного освоения спорной территории.

Территориальный спор — это спор между государствами по поводу государственной принадлежности определенной территории. Субъектами территориального спора могут быть только государства. Б.М.Клименко, отграничивая территориальный спор от односторонних территориальных претензий, относил к последним претензии государства на определенную часть территории другого государства, не оспаривая суверенитета этого последнего над этой определенной территорией. При этом государство, по мнению Б.М.Клименко, “не сомневается в юридической принадлежности этой территории данному государству, но считает, по каким-либо основаниям, справедливым или несправедливым, что эта территория должна принадлежать ему”.

Реальность постсоветского пространства не укладывается в эту схему, заставляя говорить, например, в отношении Крыма и Севастополя, об отрицании государством (Российской Федерацией) самой юридической принадлежности определенной территории другому государству (Украине). Нахождение такой территории в управлении (под юрисдикцией) стороннего государства противоправно, но требование восстановить российскую юрисдикцию (российский суверенитет сохраняется, пусть и в остаточном виде) не означает выдвижение территориальных претензий Россией, ибо на указанные территории противоправно претендует Украина. Таким образом, в этом случае мы имеем дело с территориальным спором вне зависимости от того, как трактует этот вопрос украинская сторона. Сложность правовой оценки ситуации с Крымом и Севастополем увеличивается ввиду различия в подходах к указанной проблеме исполнительной и законодательной властей России.

Впрочем, и сам Б.М.Клименко позднее отошел от своей первоначальной классификации и стал различать территориальные споры и территориальные разногласия, относя к последним “разногласия между государствами относительно принадлежности какой-либо территории или разграничения между ними”.

Завершая рассмотрение общих подходов к территориальным разногласиям, можно согласиться с Б.М.Клименко и А.А.Порком в понимании территориального спора как существования выкристаллизовавшихся и сформулированных разногласий относительно ясно выраженного и объективно существующего предмета спора: “существования или применения нормы о границе или вопроса о суверенитете над определенной территорией”.

Вопрос о сроках давности территориальных споров. Изначально любые сроки давности устанавливались внутригосударственными правовыми актами и, соответственно, не могли иметь значения для отношений между соседними независимыми государствами. Но человеческая история, включающая в себя появление, существование и исчезновение многих этносов, государств и даже цивилизаций, слишком противоречива, она не предполагает механической закостенелости.

Отсюда проистекает и необходимость в определенных формально 0зафиксированных сроках давности как на определенную линию государственной границы, так и на ту или иную приобретенную государством в ходе своего развития часть территории. Ведь яркой отличительной чертой современных государств является возможность территориального расширения только за счет других государств.

Спор о Триесте между Италией и Австро-Венгрией, Италией и Югославией на протяжении XIX и XX вв. был излюбленной картой европейской внешней политики на севере Адриатики. В начале 1941 г. правительство Великобритании, стремясь убедить Югославию оказать сопротивление гитлеровской Германии, обещало югославам пересмотреть на мирной конференции границы Истрии и Италии с последующей передачей Триеста Югославии, что вызвало жесткий протест Ф.Рузвельта. Словенцы, очистившие Триест весной 1945 г. от гитлеровцев, затаили кровную обиду на СССР, молча согласившегося с требованием его западных союзников вернуть территорию Триеста под итальянский суверенитет.

В качестве примера длительного территориального конфликта можно указать на спор между Японией и СССР, а ныне Японией и Российской Федерацией о Курильских островах.

Спор о принадлежности Курильских островов. Япония требует от России передать ей часть южных Курильских островов общей площадью 8548,96 кв.км., в том числе:

а) два острова Большой Курильской гряды (8270 кв.км.):

— о.Итуруп, площадью 6720 кв.км;

— о.Кунашир, площадью 1550 кв.км;

б) острова Малой Курильской гряды (278,96 кв.км):

— о.Шикотан, площадью 182 кв.км;

— острова Плоские, имеющие в Японии название Хабомаи, площадью 96,96 кв.км: о.Полонского (Тараку), о.Зеленый (Сибоцу), о.Юрий (Юри), о.Танфильева (Суйсе), о.Анучина (Акиюри), о.Сторожевой (Моисе), о.Сигнальный (Кайгара), о.Рифовый (Одоке), о-ва Демина (Харукаримосери).

Даже выступая в январе 1997 г. в РАН в Москве, посол Японии в России Т.Того вновь заявил о том, что без разрешения проблемы четырех островов установление между Японией и Россией отношений подлинного доверия невозможно. Он изложил официальную японскую логику “порочного круга взаимного недоверия”, основывающуюся на различном подходе к определению территории.

По мнению японской стороны, в 1855 г. между Японией и Россией впервые устанавливались дипломатические отношения и проводилась линия границы, при этом стороны признали, что восемнадцать Курильских островов являются Курильской территорией, а о-ва Итуруп, Кунашир, Хабомаи и Шикотан — японской. Сахалин по взаимному согласию тогда согласились считать территорией совместного проживания японцев и русских, что не предотвратило, однако, в дальнейшем стычки и недоразумения на Сахалине между японцами и русскими. По договору 1875 г. стороны согласились, что весь Сахалин отходит к России, а все восемнадцать Курильских о-вов станут территорией Японии. Общественность Японии подвергла резкой критике правительство Мэйдзи за “неравноценный” обмен богатого природными ресурсами Сахалина на обделенные ресурсами и бесплодные восемнадцать Курильских о-вов. В результате русско-японской войны 1904 — 1905 гг. по Портсмутскому договору 1905 г. Россия уступила Японии Южный Сахалин. В сентябре 1945 г., после подписания Японией акта о безоговорочной капитуляции, над ней был взят реванш. Только в Токийской декларации, подписанной в 1993 г. в ходе визита в Японию Президента России Б.Ельцина, обе стороны выразили политическую волю “преодолеть тяжелое наследие прошлого” и строить отношения истинного доверия. Что нужно сделать, чтобы в будущем между нашими народами всегда существовали прочные отношения дружбы и доверия, вопрошал Т.Того? И предлагал ответ: самым разумным было бы вернуться в ситуацию распределения территорий, “естественным образом” оказавшихся во владении каждой из двух стран, а значит, к договору 1855 г. и проведенным им границам.

Логика аргументов интересна, но, основанная на неполноте, она крайне уязвима.

Претензии на часть дальневосточной островной территории России, отошедшей к Советскому Союзу (и РСФСР) в результате второй мировой войны и безоговорочной капитуляции Японии перед странами антигитлеровской коалиции, японские политические круги основывают на нескольких пробелах в международных решениях. Сан-Францисский договор 1951 г., изъявший Курильские острова у Японии, не определил их новой государственной принадлежности. Зафиксирован лишь общий отказ Японии от прав и претензий на ту или иную территорию без указания того, под чью юрисдикцию эта территория попадет в дальнейшем: “Япония отказывается от всех требований, прав и претензий на Курильские о-ва и часть Сахалина и примыкающие к нему острова, суверенитет над которыми Япония приобрела как следствие Портсмутского договора 5 сентября 1905 г.” (п. “с” ст. II Договора). И сделано это не только в отношении Курил. Так, п. “b” ст. II Договора гласит: “Япония отказывается от всех требований, прав и претензий на Формозу и Пескадорские о-ва”. Так же сформулированы и пункты “d”, “e”, “f” той же статьи, касающиеся Парасельских о-вов, о-вов Спратли, части острова Сахалин и прилегающих к нему островов.

По утверждению японской стороны, Южные Курильские о-ва всегда принадлежали Японии и никак не связаны с договором 1875 г. и являются частью не Курильской гряды, а Японских островов. А потому, соответственно, не подпадают под действие Сан-Францисского договора.

Вторая мировая война отодвинулась в прошлое. Но возникает вопрос: а кто же безоговорочно капитулировал в 1945 г.? Похоже, что Россия, ибо именно с ней после 1991 г. заговорили так, что “она обязана”, забывая очень многие документы, подписанные в том числе с Японией. Когда президент СССР Горбачев во время визита в Японию в 1990 г. официально согласился рассматривать вопрос не только об о.Шикотан и так называемых “нескольких островах Хабомаи”, но и об о-вах Кунашире и Итурупе, это принципиально перекрывало компромиссы Декларации 1956 г.

На закате советской перестройки в руководстве СССР и затем РСФСР были позывы передать острова Японии. Особенно выделяются попытки это практически осуществить в 1990 г. при М.С.Горбачеве и осенью 1991 г. уже российским руководством. С приходом к руководству российского МИД А.В.Козырева и Г.Ф.Кунадзе на рубеже 1990 — 1991 гг. линия на удовлетворение японских территориальных притязаний стала главенствующей. Как заявил протестующим руководителям органов власти о.Шикотан находившийся там Г.В.Кунадзе, “вы можете испортить нам отношения с Японией, но остров все равно будет передан”.

Наивно предполагать, что СССР или Российская Федерация за это получали какие-то принципиальные политические выгоды. Можно следовать японской логике нерушимости границ, но тогда возникает вопрос: а договор 1905 г., подписанный графом Витте, получившим в связи с ним прозвище “Витте-Полусахалинский”, оформивший передачу Японии Южного Сахалина? Договор, заключенный тоже на “вечные времена”, был нарушен в период гражданской войны 1918 — 1922 гг. Японией. Точно так же, как и Договор, подписанный князем Горчаковым в 1875 г., был нарушен в 1904 г. Японией, а не Россией.

В ст. 2 Конвенции об основных принципах взаимоотношений между Союзом ССР и Японией, подписанной 20 января 1925 г., СССР подтвердил, что остается в силе Договор, заключенный в Портсмуте 5 сентября 1905 г., и СССР и Япония согласились с тем, что “Договоры, Конвенции и Соглашения, кроме указанного, заключенные между Японией и Россией до 7 ноября 1917 г., будут пересмотрены на конференции, которая должна состояться впоследствии. Они могут быть изменены или отменены”.

При подписании этой конвенции представитель Советского Союза заявил Декларацию о том, что признание Правительством СССР действительности Портсмутского Договора от 5 сентября 1905 г. (а по этому Договору Россия передала Японии все Курилы и Южный Сахалин) никоим образом не означает, что Правительство Союза разделит с бывшим царским Правительством политическую ответственность за заключение данного Договора.

Иными словами, большевики в то время признавали беззаконность этих соглашений. Кажется, что сегодня в руководстве России кое-кто готов отказаться и от этого заявления.

Ссылки на позицию большинства государств, которые в этом вопросе поддерживают Японию, очень опасны. Очень многие государственные деятели, прежде всего Соединенных Штатов Америки, говорили после 1989 г. о признании Советского Союза в границах 1933 г. Это значило исключение из его территории и Калининграда, и Выборга, и Западной Белоруссии, Западной Украины, и даже большего.

Встречаясь летом 1992 г. в Вашингтоне с заместителем государственного секретаря США Найтом, курировавшим вопросы связей с государствами СНГ и поддержавшим в беседе территориальные притензии к России со стороны Японии, я был вынужден выразить сожаление в связи с ориентацией США на дальневосточные границы России середины прошлого века (адмирал Е.В.Путятин подписал вырываемый японскими политиками из общего контекста российской и японской истории Симодский трактат (договор) в 1855 г.), забывая, что в то время России принадлежала и Аляска. Восстанавливать, так восстанавливать, — именно американцы могут положить этому почин. Получив назад Аляску (плату за использованние в течение более чем ста лет недр Россия по-дружески может не брать, определив ее в зачет денег, полученных по договору 1867 г.), Россия сможет вернуться к вопросу и об остальной линии своей тихоокеанской границы средины XIX в. Найт благоразумно посмеялся “шутке”.

Токийская декларация от 13 октября 1993 г. о российско-японских отношениях подтвердила стремление обеих стран провести переговоры о заключении мирного договора. Но переговоры сразу же натолкнулись на кардинальные расхождения сторон по вопросу о линии границы.

Реальный выход из межгосударственного кризиса предложило осенью 1991 г. руководство Сахалинской области. Это создание на базе Южных Курильских островов с частью острова Хоккайдо особой экономической зоны со специальным правовым регулированием. Но требовалось заключение отдельного соглашения по этому вопросу. Продвижение вперед наметилось с визитом министра иностранных дел России Е.М.Примакова в Японию осенью 1996 г., однако двусторонние заявления о предстоящем совместном экономическом сотрудничестве на островах, прежде всего в рыбопереработке, туризме и развитии транспортной сети, вызвали настороженность российской общественности.

На официальный запрос в МИД я получил в начале января 1997 г. ответ за подписью заместителя министра Г.Карасина, в котором со всей определенностью было подтверждено, что “позиция России по вопросу о принадлежности ей южных Курильских островов остается прежней: они наши, и МИД России исходит из этого”.

Не менее болезненным остается вопрос о принадлежности о-вов Гото в японо-корейских отношениях. Оба корейских государства в этом вопросе занимают единую позицию, считая острова частью корейской территории. В отличие от курильской ситуации обсуждение проблем принадлежности о-вов Гото между Токио и Сеулом проходит конфиденциально.

В Южно-Китайском море существуют две спорных территории с расположенными на них островами: Парасельские о-ва (Сиша цюньдао или Хоанша) и о-ва Спратли (Наньша цюньдао или Чыонгша).

Парасельские о-ва (15 островков общей площадью 3 кв. км) расположены в 350 км от китайского о.Хайнань и в 400 км от побережья Вьетнама. Южная группа островов — Круассан (Кресент), северная — Амфитрит. Северная часть островков лежит буквально на границе континентального шельфа КНР. Все острова расположены вне пределов континентального шельфа Вьетнама.

В 1938 г. острова были официально присоединены к Вьетнаму декретом французского генерал-губернатора. В 1946 г. нанкинское правительство Китая, высадив десант на островах группы Амфитрит, установило на них эффективную оккупацию. Президент Китайской Республики через год указом включил все Парасельские о-ва в состав территории Китая. В период с 1950 по 1956 г. после эвакуации гоминьдановских войск с островов и до высадки на них частей НОАК острова вновь были безлюдными и забытыми. Фактически Парасельские о-ва находились под контролем двух государств — Вьетнама и Китая.

20 января 1974 г. в результате агрессии вооруженных сил КНР на территории о-вов Круассан все Парасельские о-ва оказались под их контролем.

Спор о принадлежности о-вов Спратли охватывает большую эллипсовидную территорию, имеющую длину до 1000 км. Центр территории расположен в 400 км к северо-востоку от о.Калимантан и о.Палаван, в 500 км от побережья Вьетнама, в 700 км от Парасельских о-вов и в 1000 км от о.Хайнань (Китай). Не более 14 объектов на этой территории могут иметь статус островов, причем все они сосредоточены в северо-восточной части спорной территории.

На острова претендуют Филиппины, Малайзия, Бруней, Тайвань, но особенно Китай и Вьетнам. Аргументы последних идентичны: они считают все острова принадлежащими им “с незапамятных времен”. В 1988 г., когда раздел островов и атоллов группы был фактически уже завершен, Китай осуществил высадку своих вооруженных сил на оставшиеся еще незанятыми атоллы, приступив к сооружению (намыву) на одном из них — Файери Кросс — искусственного острова с портовыми сооружениями.

В центре спора и по тем и по другим островам — проблемы принадлежности самих островов и разграничения континентального шельфа. Анализ этих проблем в любом случае должен строиться на двух исходных фактах. Во-первых, ни один из спорных островов на протяжении веков и вплоть до недавнего времени не имел постоянного населения. Во-вторых, все острова Южно-Китайского моря — кораллового происхождения, они образовались на поверхности коралловых сооружений под воздействием волн и прибоя из продуктов механического разрушения коралловых известняков и колоний живых кораллов. Геологически коралловые острова никак не связаны со структурами морского дна, а это значит, что правооснованием для обладания ими не могут быть исключительно “донные” аргументы, так же как сами острова не создают сами по себе правооснований на суверенные права на континентальный шельф. “Особыми обстоятельствами” такие острова могут служить лишь для островных государств района при разграничении ими континентального шельфа со своими смежными государствами.

В Тонкинском заливе существует территориальный спор между Вьетнамом и Китаем по проблемам делимитации континентального шельфа. С 1975 г. стороны в конфиденциальном порядке ведут соответствующие переговоры или консультации.

Позиция Вьетнама основана на том, что одно из условий франко-китайской пограничной конвенции 1887 г. касалось раздела прибрежных островов в Тонкинском заливе. В соответствии с ним была проведена линия по меридиану 108 град восточной долготы. Острова, расположенные к западу от нее, отходили Аннаму (Вьетнаму), а острова, лежащие к востоку от этой линии, — Китаю.

Китай настаивает на разграничении континентального шельфа на основе линии равного отстояния, как это обусловливалось ст. 6 Женевской конвенции 1958 г. о континентальном шельфе. Предлагаемая Китаем линия равноудаления не учитывает расположенный в 53 морских милях от побережья Вьетнама имеющий вулканическое происхождение о.Лонг-Ви, который выступает в качестве “особого обстоятельства”, влияя на прохождение границы континентального шельфа. Но и по вьетнамской “линии 1887 г.” можно согласиться только в отношении разграничения территориальных вод, без его распространения на открытое море.

К концу 90-х гг. ХХ в. сохраняются неурегулированными несколько участков сухопутной границы КНР. Помимо двух участков на восточном секторе российско-китайской границы (подробнее см. §. 15), это западный участок китайско-корейской границы от горы Пэктусан или Байтоушань (включительно) по р. Ялуц­зян до ее устья, Памирский участок (граница КНР с Киргизией и Таджикистаном), китайско-индийская граница и вьетнамо-китайская граница.

На Памирском участке КНР, выдвигая в свое время территориальные претензии к Советскому Союзу, объявляла спорным районом свыше 30 тыс. кв. км Горного Бадахшана. Общая площадь китайских притязаний на китайско-индийской границе достигает 130 тыс. кв. км.

14.4. Разрешение территориальных споров

Способы урегулирования территориальных споров. За игнорирование территориального фактора государственного развития следует всегда дорогая плата. В то время, как по существовавшей советской теоретической установке в отношениях между социалистическими государствами не существовало объективных предпосылок для вооруженных конфликтов, практика свидетельствовала об обратном. Но даже перерастание территориального спора между социалистическими Китаем и Вьетнамом в вооруженный конфликт 1980 г. не разрушило иллюзий.

а) Принудительные способы урегулирования территориальных споров. Характеризуя принудительные или насильственные средства урегулирования международных споров, выделяют обычно несколько видов: интервенцию, мирную блокаду, репрессалии (включая эмбарго), реторсии и войну.

Страбон в своей “Географии” приводит пример, как Халкида и Евбея, даже поссорившись между собой из-за территории Лелантской равнины, “вовсе не настолько разошлись, чтобы решать все споры самовластно военной силой, но пришли к соглашению о том, как и при каких условиях вести войну”.

Примерами насильственного решения территориальных споров могут быть почти все войны всех времен и народов, например, война между Боливией и Парагваем из-за пограничного района Чако (1932—1935 гг.), война между Колумбией и Перу из-за пограничной области Лорето с портом Летицией (1933—1934 гг.).

б) Мирные способы урегулирования территориальных споров.

Принцип мирного разрешения международных споров впервые был сформулирован и признан действующей нормой международного права — в Парижском пакте 1928 г. Я.Броунли видел в этом принципе обязанность государств “изыскивать разрешение, а не разрешать споры мирными средствами”, “не пользоваться иными, чем мирные, если делается попытка разрешения спора”.

Советское государство одним из первых в мире выдвинуло идею отказа от территориальных завоеваний. Уже в первом декрете Советской власти — Декрете о мире, принятом II Всероссийским съездом Советов 8 ноября (25 октября) 1917 года, говорилось: “Справедливым или демократическим миром. правительство считает немедленный мир без аннексий (то есть без захвата чужих земель, без насильственного присоединения чужих народностей) и без контрибуций”.

Еще в 1964 г. участники сессии Специального комитета по принципам международного права подчеркнули, что п. 3 ст. 2 Устава ООН, в котором формулируется принцип мирного разрешения международных споров, не налагает обязательств решать споры мирными средствами, а лишь обязывает не разрешать их какими-либо иными средствами. Государства в споре, который не угрожает миру, могут сохранять статус-кво без нарушения Устава. Есть и противоположная точка зрения.

Л.Оппенгейм, Д.Старк, К.Райт и многие другие юристы-международники, не отрицая, что принцип мирного разрешения международных споров был признан в международном праве задолго до создания Организации Объединенных Наций, относили его формально не без основания лишь к отношениям между государствами — членами ООН, отказывая ему в статусе принципа общего международного права. Мирные средства они не считают единственно допустимыми средствами разрешения споров.

Этапом в этом вопросе можно считать Генеральный акт о мирном разрешении международных споров 1928 г. По данным ООН, с 1928 по 1948 г. число договоров о мирном разрешении международных споров достигло 234.

Советский исследователь Д.Б.Левин выделял в принципе мирного разрешения международных споров три элемента:

— государства обязаны разрешать свои взаимные споры исключительно мирными средствами;

— государства обязаны разрешать таким образом все свои взаимные споры, как угрожающие, так и не угрожающие международному миру и безопасности;

— государства обязаны разрешать свои взаимные споры своевременно и не оставлять их нерешенными.

Но и Д.Б.Левин признает, что в последнем положении могут быть исключения, называя, правда, лишь случаи, когда государства в целях достижения соглашения по более общему и крупному вопросу могут временно откладывать на будущее свои разногласия по более мелким и частным вопросам. “Замораживать” нерешенные проблемы, как это было и с территориальными спорами между отдельными государствами при заключении Договора об Антарктике 1959 г..

В связи с этим важное значение для Европы имеет Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии от 12 сентября 1990 г. Он предусматривает, что объединенная Германия “будет включать территории Германской Демократической Республики, Федеративной Республики Германии и всего Берлина. Ее внешними границами окончательно станут границы Германской Демократической Республики и Федеративной Республики Германии”. Далее справедливо констатируется, что подтверждение окончательного характера границ объединенной Германии является существенной составной частью мирного порядка в Европе (п.1 ст. 1 Договора).

И самое главное: “Объединенная Германия не имеет никаких территориальных претензий к другим государствам и не будет выдвигать таких претензий также и в будущем” (п. 3 ст. 1 Договора).

Среди мирных средств разрешения споров указывают также обращения к региональным организациям и обследования. Изначально они были предназначены для содействия мирному урегулированию и, в случае необходимости, “для применения силы с целью предотвращения или подавления угрозы миру”.

При разрешении споров используются механизмы Международного суда и Международного арбитража, признающие важным источником права общие принципы права.

Механизм отчуждения территории. В России всегда господствовал принцип обеспечения территориальной целостности государства всеми возможными средствами. “Чужой земли не хотим. Но и своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим никому,” — говорил в ХХ в. И.В.Сталин.

Исходя из принципа, что “территория как в целом, так и в ее части составляет общую нераздельную собственность народа и потому находится в его свободном распоряжении”, Г.Гроций допускал отчуждение власти над необитаемой или безлюдной территорией, но только народом или царем с последующим согласием народа.

Из общего правила о неотчуждаемости частей государства юристы издавна делали два исключения: отчуждение по соображениям государственной пользы и в силу крайней необходимости. Гроций сделал справедливое уточнение, полагая необходимым в первом случае согласие всего народа и его частей.

Когда часть территории государства или какая-либо иная территория, за международные отношения которой государство несет отвественность, становятся частью территории другого государства:

а) договоры государства-предшественника утрачивают силу в отношении территории, являющейся объектом правопреемства государств, с момента правопреемства;

б) договоры государства-преемника приобретают силу в отношении территории, являющейся объектом.

Уступка территории, отказ в праве прохода через территорию (по договору), например советским войскам через территорию Польши накануне второй мировой войны, безусловно, требуют соответствующего правового решения.

Изменение территории может осуществляться волей мирового сообщества. Так, в соответствии с резолюцией 687 Совета Безопасности ООН в мае 1991 г. была создана международная Комиссия по демаркации ирако-кувейтской границы. В нее вошли по одному представителю от Ирака и Кувейта и три специально назначенных Генеральным секретарем ООН независимых эксперта. Формально Комиссия не занималась территориальным переделом, а осуществляла техническую работу по делимитации и демаркации.

В основу определения линии границы был положен Согласованный протокол, подписанный в Багдаде в 1963 г., и подтверждавший, в свою очередь, границу, установленную в 1932 г. в результате обмена посланиями между премьер-министром Ирака и правителем Кувейта. Определяя географические координаты и устанавливая пограничные столбы и указатели, Комиссия произвела параллельно новую съемку и картографирование пограничной зоны по всей ее протяженности.

Работа Комиссии проходила в обстановке антииракской истерии. В апреле 1992 г. большинство Комиссии высказалось за то, чтобы граница, проходящая через спорное нефтяное месторождение Румейла, была отодвинута на 570 ярдов в сторону Ирака. Под контроль Кувейта передавалась и часть города Умм-Каср. С этого момента Ирак вообще не принимал участия в работе Комиссии. В июле 1992 г., завершив демаркацию границы между Батином и Самфаном, Комиссия заявила о том, что нефтяные месторождения, расположенные между этими двумя пунктами, находятся на территории Кувейта.

Демаркацию сухопутного участка границы завершили в ноябре 1992 г. В марте 1993 г. Комиссия приняла решение о демаркации границы по линии мелководья в районе Кхор-Зубейр. Она установила географические координаты, определяющие среднюю линию от точки, ближайшей к пересечению фарватеров Кхор-Зубейр и Кхор-Абдалла, до точки на восточном окончании Кхор-Абдалла, где изменяется общее направление береговой линии.

Формально Комиссия руководствовалась тем, что доступность для судоходства различных участков территорий двух государств, прилегающих к демаркированной границе, должна быть важной предпосылкой обеспечения равноправия и укрепления стабильности, мира и безопасности в районе границы. Это право обеспечения возможности судоходства проистекало, по мнению Комиссии, их международного права, прежде всего оно опирается на нормы Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., ратифицированной и Ираком, и Кувейтом.

27 мая 1993 г. Совет Безопасности ООН одобрил решения Комиссии по координатам окончательной демаркации границы и потребовал от Ирака и Кувейта уважать нерушимость границы, подтвердив свое намерение всеми средствами гарантировать эту нерушимость.

Помимо территориальных потерь, Ирак встал перед лицом того, что его гражданам, оказавшимся на кувейтской стороне границы, не было разрешено остаться в Кувейте. Тем не менее Ирак заявил, что “не предпримет никаких действий, которые могли бы быть истолкованы как признание несправедливости, преднамеренно навязанной Ираку”, но в то же время “не предпримет никаких шагов, которые могли бы спровоцировать спор или разногласия с Организацией Объединенных Наций”.

Но международному диктату противостоять в одиночку нельзя. К февралю 1994 г. все иракские граждане были перемещены с территории Кувейта в Ирак. В ноябре 1994 г. Ирак вынужден был признать суверенитет, территориальную целостность и международные границы Кувейта, о чем и проинформировал Генерального секретаря ООН.

Популярное:

  • Кирилл иванов адвокат Преимущества обращения к опытному адвокату по жилищным вопросам Кирилл Анатольевич Иванов адвокат Является основателем и руководителем «Центра юридических услуг на Третьяковке» основателем и руководителем Агентства юридической […]
  • Единый федеральный реестр юр лиц Единый федеральный реестр юр лиц Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (ЕФРСФДЮЛ) – федеральный информационный ресурс, содержащий сведения о фактах деятельности юридических лиц в соответствии с […]
  • 549 приказ с Приказ МВД России от 28.07.2017 N 549 "Об утверждении Положения об Управлении Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре" МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 28 июля […]
  • Заявление об изменении в егрип Внесение изменений в ЕГРИП сведения об ИП Раньше, до 1 июля 2011 года в случае изменения паспортных данных(кроме прописки) Вам необходимо уведомить об этом ИФНС в течение пяти дней. В 46 налоговой Москвы для таких изменений давали 30 […]
  • 10 видов наказания Статья 3.2. Виды административных наказаний Статья 3.2. Виды административных наказаний См. комментарии к статье 3.2 КоАП РФ 1. За совершение административных правонарушений могут устанавливаться и применяться следующие административные […]
  • Правила министерство внутренних дел Приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 26 июля 2013 г. N 575 г. Москва "Об утверждении Правил ношения сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации форменной одежды, знаков различия и ведомственных знаков […]
  • Федеральный закон 4530-1 от 19021993 Закон РФ от 19 февраля 1993 г. N 4530-I "О вынужденных переселенцах" (с изменениями и дополнениями) Закон РФ от 19 февраля 1993 г. N 4530-I"О вынужденных переселенцах" С изменениями и дополнениями от: 20 декабря 1995 г., 7 августа 2000 […]
  • Принципы и правила этики Типовой кодекс этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих (одобрен решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23 декабря 2010 г.) […]