Последствия принятия приказа 227

«Паникеры и трусы должны истребляться на месте»

75 лет выходу приказа №227, известного как «Ни шагу назад»

75 лет назад был выпущен приказ №227, известный в народе как «Ни шагу назад». О целях приказа рассказывает «Газета.Ru».

Ко второму году войны обстановка на фронте для советских солдат заметно ухудшилась. В Харьковской операции были убиты и взяты в плен более полумиллиона бойцов, серьезные потери армия понесла в боях в районе Воронежа, на Дону, в Донбассе. Немцы оккупировали территории Прибалтики, Белоруссии, Украины, многие области западной и центральной частей России.

80 лет расстрелу военных по делу Тухачевского

Летом 1942 года немецкие войска развернули крупное наступление, намереваясь выйти в нефтеносные районы Кавказа и захватить плодородные области Дона, Кубани, Нижней Волги.

Также противник собирался захватить Сталинград — важный стратегический пункт и крупный промышленный центр страны.

Битва за Сталинград началась 17 июля 1942 года. Она проходила в невероятно трудных для Красной армии условиях, но в стране о проблемах знали не все. Советское руководство пошло на отчаянный шаг — проинформировало весь военный состав о реальном положении.

Приказ №227 «О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной армии и запрещении самовольного отхода с боевых позиций», получивший среди самих бойцов название «Ни шагу назад!», вышел 28 июля 1942 года.

«Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, Купянск, Валуйки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Воронежа. Часть войск Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена позором, — говорилось в тексте приказа. — Мы потеряли более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше — значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину».

В приказе описывался положительный опыт немецких войск, где расшатавшуюся дисциплину удалось поправить созданием более сотни штрафных рот и десятка штрафных батальонов из провинившихся бойцов, которым было приказано искупить свои грехи кровью. Также немецкие войска создали заградительные отряды, задачей которых было расстреливать солдат, пытавшихся бежать с поля боя или сдаться в плен.

Минобороны рассекретило документы об освобождении Польши

«И вот получается, что немецкие войска имеют хорошую дисциплину, хотя у них нет возвышенной цели защиты своей родины, а есть лишь одна грабительская цель — покорить чужую страну, а наши войска, имеющие возвышенную цель защиты своей поруганной Родины, не имеют такой дисциплины и терпят ввиду этого поражение», — отмечалось в приказе.

Принятия аналогичных мер в Красной армии и требовал приказ. Он постановлял ликвидировать отступательные настроения, привлекать к военному суду командующих, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций, создать штрафбаты и заградотряды и оказывать им всяческую поддержку.

«Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв. Паникеры и трусы должны истребляться на месте», — гласил приказ.

Автором текста приказа был начальник Генштаба Александр Василевский, но от его версии почти ничего не осталось после редактуры Сталина. Последнему, в частности, принадлежали слова о том, что народ «теряет веру в Красную армию, а многие из них проклинают Красную армию за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей».

Приказы, запрещавшие отступление, выходили и ранее. Так, годом ранее, когда количество советских военнопленных исчислялось уже миллионами, Сталин распорядился издать серию директив, которые угрожали «дезертирам и трусам». В августе 1941 года было объявлено, что семьи военнослужащих, самовольно покинувших поле боя или сдавшихся врагу, будут лишаться пособий и другой государственной поддержки. Приказ №227 отличался от более ранних постановлений в основном подробным описанием системы наказаний, которым подвергались провинившиеся бойцы.

«На всю жизнь помню смысл приказа Сталина, прочитанного вслух перед строем нашей батареи в небольшом перерыве между боями жарким летним днем в начале августа 1942 года. — вспоминал потом один из солдат-артиллеристов.

— Не буква, а дух и содержание этого документа очень сильно способствовали морально-политическому духовному перелому, если позволительно так выразиться, в умах и сердцах всех, кому его тогда читали и кто держал в те дни в руках оружие, а значит, и судьбу Родины, да и не только Родины — человечества.

75 лет со дня парада в осажденной немцами Москве

По-моему, главное в том, что людям, народу мужественно сказали прямо в глаза всю страшную и горькую правду о той пропасти, на грань которой мы тогда докатились».

Однако даже несмотря на меры, принятые согласно приказу, отступление советских войск остановить не удалось. Некоторые командиры саботировали его, видя в отводе войск на создание заградотрядов только трату личного состава. Тем не менее приказ сыграл определенную роль в наведении дисциплины и порядка.

В соответствии с приказом приговор получили почти миллион бойцов, половина которых были отправлены в штрафбаты, половина — в места лишения свободы. Около 200 тыс. дезертиров отыскать не удалось.

К 1944 году заградотряды были расформированы в связи с изменением обстановки на фронте.

Последствия принятия приказа 227

Приказ №227, в просторечии известный как «Ни шагу назад!», был принят Сталиным в один из самых критичных периодов Великой Отечественной войны, передаёт АВС. В соответствии с ним формировались заградительные отряды для расстрела дезертиров и штрафные роты. Стрелять по своим — ужасный приказ, отмечает испанское издание. Может, без него СССР и не проиграл бы войну, но, очевидно, что без него советские солдаты не сражались бы так же стойко. И этот документ многое говорит о том, на какие жертвы готов был пойти Сталин ради победы.

В 1942 году под Сталинградом группа солдат Красной армии, едва насчитывающая 50 человек, готовится дать бой сотням немцев. Советские солдаты как могут сражаются против фашистов, но немецкие силы заметно их превосходят — и вскоре солдаты Красной армии один за другим начинают погибать от вражеских пуль, сообщает АВС.

Среди всеобщего смятения слышится крик: «Это невозможно, бегите, товарищи!» Ведомые этим голосом, солдаты бегут, пытаясь спасти свои жизни. В этот же момент раздаётся голос командира: «Ни шагу назад, это приказ Сталина. Отступать некуда!» Но никто его уже не слушает. Командир подаёт знак солдату с тяжёлым пулемётом в руках, знак открыть огонь по своим товарищам. Оказавшиеся в ловушке между вражеским и дружеским огнём, советские солдаты замертво падают на землю.

Несмотря на то что все описанные выше события, кажется, разворачиваются на телеэкране, они неоднократно происходили в реальной жизни, и всё по вине приказа №227. Согласно приказу, изданному лидером СССР Иосифом Сталиным, каждый солдат, пытавшийся отступить с поля боя без приказа, должен был быть расстрелян без суда и следствия. Основной принцип был прост: сражаться насмерть за «Матушку Россию». Каждый, кто бежал с поля боя, считался «трусом» и «предателем».

Издание отмечает, что, прежде чем углубиться в историю возникновения приказа, необходимо отправиться в 1941-й — год, когда Адольф Гитлер мобилизовал свою армию и отправил её продвигаться по русской степи. Он преследовал цель завоевать СССР и достичь Кавказа, чтобы овладеть нефтяными запасами. Воплотить в жизнь данную цель были призваны более 3 млн солдат фашистской армии, разделённой на три части: одна была призвана ударить на севере страны, вторая — в центральной части, а третья — двинуться на юг СССР.

План нападения Германии на СССР получил название операция «Барбаросса», которая началась с атаки Люфтваффе 22 июня 1941 года. Германские военно-воздушные силы атаковали 66 приграничных аэродромов, уничтожив около 2 тыс. единиц техники, для того чтобы обеспечить беспрепятственное продвижение Вермахта. С этого момента началось продвижение германских вооружённых сил.

АВС отмечает, что через несколько месяцев, с наступлением декабря 1941 года, их продвижение замедлилось из-за наступления холодов и ряда успехов Красной армии. Сталин, ослеплённый победами своей армии, сумевшей противостоять фашистскому вторжению, принял решение начать отвоёвывать советские территории. Всё это при голодной армии с низким моральным духом и отсутствием необходимой подготовки. Сталин был настолько одурманен успехом, что пренебрёг мнением одного из виднейших маршалов Георгия Константиновича Жукова, который полагал, что, прежде чем предпринимать атаку, необходимо укрепить границы.

Автор статьи отмечает, что, как и следовало ожидать, операция стала полным провалом и способствовала германской контроперации. И вновь немецкие танковые дивизии направились на Кавказ и к Сталинграду, гордости Сталина, городу, который носил его имя. В последующие месяцы Сталин оказался в весьма деликатной ситуации — его солдаты, которым не хватало как вооружения, так и подготовки, оказались перед выбором: погибнуть под нацистскими танками или бежать с поля боя.

«Немцы начали своё наступление на юг СССР летом, и шли они в очень хорошем темпе. Советские войска хорошо укрепили Московский фронт, оставив юг страны немного незащищённым, что способствовало такому быстрому прогрессу. С другой стороны, постепенное отступление Красной армии не воспринималось негативно Сталиным и его стратегами, потому что немцам пришлось растягивать каналы снабжения. Но наступил момент, когда он не мог уступать больше территорий, потому что под угрозой оказывались нефтяные скважины Кавказа, и, кроме того, моральный дух был низким. Надо было реагировать, и вот подходящий момент для приказа №227, — приводит АВС слова историка и журналиста Хесуса Эрнандеса.

Именно в этот момент отчаяния Сталин и издал этот страшный приказ. Причина была проста: если бы советские солдаты продолжали отступать, они бы отдали в руки нацистов важнейшие, с точки зрения поддержания боевого духа, города. Что в свою очередь открыло бы Гитлеру двери к советским оружейным заводам. Как говорится, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Известный как приказ № 227 Народного комиссара обороны СССР И.В. Сталина от 28 июля 1942 года, документ начинался с описания самим Сталиным бедственного положения, которое переживает страна в эти тёмные времена, отмечает издание.

«Враг бросает на фронт всё новые силы и, не считаясь с большими для него потерями, лезет вперёд, рвётся в глубь Советского Союза, захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и сёла, насилует, грабит и убивает советское население. Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге и у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами», — цитирует АВС первые строчки текста приказа.

В последующих строчках Сталин заявляет, что из первых рук знает, что население страны начинает разочаровываться в Красной армии, к которой оно относится с любовью и уважением, начинает терять в неё веру, видя, как солдаты трусливо бегут. «Многие из них проклинают Красную армию за то, что она отдаёт наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама бежит на восток».

Такое поведение Сталин называет позорным, так как солдаты бросают «отцов, матерей, жён, братьев, детей». Данное заявление автор статьи называет любопытным для того, кто немного позже прикажет тысячам граждан остаться в Сталинграде против их воли и погибнуть под «нацистским ярмом».

«Некоторые неумные люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много земли, много населения и что хлеба у нас всегда будет в избытке. Этим они хотят оправдать своё позорное поведение на фронтах. Но такие разговоры являются насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь нашим врагам… Командиры роты, батальона, полка, дивизии, соответствующие комиссары и политработники, отступающие с боевой позиции без приказа свыше, являются предателями Родины. С такими командирами и политработниками и поступать надо, как с предателями Родины», — продолжал Сталин.

Тем не менее автору статьи самым тревожным показалось даже не это «словоблудие» Сталина, а то, какие последствия предполагало звание предателя. Хотя меры и зависели от послужного списка «труса», они в любом случае были жестокими, отмечает автор. Офицеров необходимо было «безусловно снимать с поста и направлять в Ставку для привлечения к военному суду командующих армиями, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций без приказа командования фронта».

И хотя это могло означать и смертный приговор, у них хотя бы был шанс выжить, заявляет автор, чего нельзя сказать о солдатах. В советских солдат, бежавших с поля боя, стреляли их товарищи.

«Верховное Главнокомандование Красной армии приказывает сформировать в пределах армии 3—5 хорошо вооружённых заградительных отрядов, поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникёров и трусов и тем помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной», — гласит текст приказа.

Вместе с тем, по словам автора, смерть не была худшим наказанием, которое мог понести солдат. Согласно приказу, ещё одной мерой наказания могла служить отправка солдата в «штрафной батальон». Солдат таких батальонов ставили в первые ряды и бросали в самые опасные сражения, для того чтобы они таким образом «искупали кровью свои грехи», полагает автор. Такая мера принималась в отношении как рядовых солдат, так и офицеров Красной армии.

Тем не менее автор признаёт, что в условиях войны необходимо принимать жёсткие решения, СССР частично обязан победой над Германией жёсткости некоторых решений. «Приказ стрелять в своих же солдат, если они станут отступать с поля боя, — ужасный приказ, который вызывает в нас возмущение, однако без подобных решений существует вероятность того, что сопротивление СССР закончилось бы катастрофой», — полагает автор статьи. Он считает, что именно тот факт, что Сталин не колебался, когда дело дошло до защиты Сталинграда, во многом привёл к победе над фашистскими войсками.

И, может быть, отсутствие приказа не привело бы к проигрышу в войне, но без него маловероятно, что солдаты сражались бы так же стойко, полагает автор. Продолжительность жизни советского солдата в Сталинграде составляла лишь 24 часа, в любой другой армии солдаты бы бежали с поля боя, но там сражались до последнего, потому что знали, что у них не было другого выбора. Советский Союз победил столь мощную военную машину Германии в обмен на огромные жертвы, и драконовский приказ №227 — пример того, как далеко готов был зайти Сталин, чтобы победить Гитлера, передаёт АВС.

Приказ №227 «Ни шагу назад». Досье

ТАСС-ДОСЬЕ. 28 июля 2017 г. исполняется 75 лет со дня издания приказа наркома обороны СССР Иосифа Сталина №227 «О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной армии и запрещении самовольного отхода с боевых позиций», известного также как «Ни шагу назад».

Документ подразумевал введение в Красной армии жесткой практики использования штрафных подразделений и заградительных отрядов.

Специально для ТАСС-ДОСЬЕ материал о приказе №227 подготовил российский историк Алексей Исаев.

Обстановка на фронте в июле 1942 года

Летом 1942 г., после поражения Красной армии под Харьковом, немецкое командование начало наступление на Кавказ и к Сталинграду. 24 июля Южный фронт под командованием генерал-лейтенанта Родиона Малиновского был вынужден оставить Ростов-на-Дону. Издание приказа №227 стало следствием осознания руководством страны тяжелого положения советских войск.

Кроме того, Верховный главнокомандующий Иосиф Сталин летом 1942 г. испытывал разочарование в командных кадрах Красной армии, что также нашло отражение в документе.

Приказ №227 от 28 июля 1942 г. запрещал отступление без соответствующего распоряжения высшего командования. В качестве меры по стабилизации положения на фронтах предлагалось создание штрафных рот и батальонов, при этом в пример приводились немецкие войска, где уже действовали такие меры. Приказ доводился буквально до каждого бойца и командира. «Не должно быть ни одного военнослужащего, который не знал бы приказа товарища Сталина», — подчеркивалось в директиве начальника Главного политуправления Красной армии Александра Щербакова.

Пожалуй, впервые Сталин обращался ко всей армии с достаточно резкими оценками положения на фронте. Сейчас довольно трудно себе представить, с каким удивлением приказ №227 слушали на стабильных участках фронта и в частях, готовившихся к наступлению на северо-западном и западном стратегических направлениях.

Штрафные роты

Штрафные роты и батальоны в советских войсках были созданы осенью 1942 г. Осужденные за те или иные проступки командиры Красной армии направлялись в штрафные батальоны фронтового подчинения, а младшие командиры и рядовые — в штрафные роты. При этом и в штрафных батальонах, и в ротах по штату полагался так называемый постоянный состав из бойцов и командиров, не являвшихся осужденными. Командный состав, необходимый для руководства боем, отбирался из хорошо себя зарекомендовавших и имевших боевой опыт командиров.

Переменный состав образовывали собственно штрафники. Иногда утверждается, что штрафники были плохо вооружены и оснащены, но это не так. Документы показывают, что они вооружались стрелковым оружием, в том числе и автоматическим, противотанковыми ружьями, легкими минометами. Вооружение вполне отвечало тем задачам, которые им обычно ставились. Чаще всего штрафников ставили в первую линию для выполнения опасных заданий. Действия штрафников могли поддерживаться артиллерией, до самых крупных калибров включительно.

При этом роль штрафных подразделений в боях Великой Отечественной войны трудно назвать значительной. Согласно статистике, за все время войны через штрафные подразделения прошли 427 тыс. 910 человек переменного состава, то есть собственно осужденных за те или иные проступки. В 1942 г. через переменный состав штрафных подразделений прошли 24 тыс. 993 человека, в 1943 г. — 177 тыс. 694 человека, в 1944 г. — 143 тыс. 457 человек, в 1945 г. — 81 тыс. 766 человек. Это составляло крайне незначительную долю в численности действующей армии.

Пребывание в штрафбате или в штрафроте не было бессрочным, имело четко оговоренный в приговоре срок: три или шесть месяцев.

Заградотряды

Непосредственно в приказе №227 заградительные отряды не упоминались, однако документ подразумевал их формирование.

В качестве инициативы снизу заградотряды появились в Красной армии уже в первые недели войны. Самым известным документально подтвержденным случаем является заградотряд стихийно сформированный еще в начале июля 1941 г. комендантом гарнизона города Толочин (Белорусская ССР, ныне — Белоруссия) интендантом 2-го ранга Масловым. Официально он именовался «Заградительный отряд Западного фронта».

Подразделение занималось сбором неорганизованно отступающих солдат и младших командиров, в том числе репрессивными мерами. Инициативно созданные группы, проходившие в документах как «заградительные отряды», существовали также в начале 1942 г. в отрезанной от главных сил советских войск Приморской армии в Севастополе. Необходимости закреплять эту практику публично оглашаемым всему личному составу приказом не было. Более того, уже имелся приказ Ставки Верховного Главнокомандования №270 от 16 августа 1941 г., также подписанный Сталиным и членами Государственного комитета обороны.

Этот документ был нацелен на борьбу с оставлением позиций, добровольной сдачей в плен и дезертирством. Предусмотренные приказом №270 меры были вполне достаточны в период зимней кампании 1941-1942 гг. В частности, после оставления Феодосии в январе 1942 г. командир 236-й стрелковой дивизии комбриг Василий Мороз был осужден за потерю управления вверенным подразделением, а также за оставление вооружения и техники именно со ссылкой на приказ №270.

Практика использования заградительных отрядов в перестроечный период часто демонизировалась, в частности в кинематографе. В действительности это были небольшие отряды, в которых состояли сотни человек, при численности армий, в тылах которых они действовали, десятки тысяч солдат и командиров. По факту заградотряды в основном занимались задержанием и возвращением в части солдат, покинувших поле боя или же находившихся в тылу без уважительных причин.

Историческая оценка

В отечественной исторической литературе преобладает скорее позитивная оценка приказа №227. В этом исторические исследования перекликаются с оперативными документами войск конца 1942 г., в которых было принято высоко оценивать результаты исполнения этого приказа. Однако такая, почти восторженная оценка документа представляется малообоснованной. Отход с боями продолжался, с 28 июля по ноябрь 1942 г. советские войска отошли от Дона к Волге, на Кавказе отход был остановлен под Владикавказом (Орджоникидзе) и на Тереке. Одним словом, немедленного эффекта не было.

Столь же спорным представляется обращение к опыту противника в отношении формирования штрафных батальонов. Звучало это по меньшей мере странно и оказывало весьма неоднозначное воздействие на моральное состояние военнослужащих. Острой необходимости именно в такой форме, в связке с описанием тяжелого положения на фронте, декларировать создание штрафных частей не требовалось. Штрафные подразделения могли вводиться отдельными приказами без столь широкой огласки и двусмысленной мотивировки. Оправдание появления приказа №227 необходимостью принятия жестких мер, заградительных отрядов, не отвечает сложившимся к 28 июля 1942 г. реалиям войны.

Немецкое наступление на Волгу и Кавказ остановил не приказ №227. Оно было остановлено вполне традиционными средствами, в том числе мерами, принятыми до июля 1942 г. Это было формирование резервных армий, решение проблемы качества производства танков, налаживание работы военной промышленности в эвакуации в целом. Перелом наступил после успеха операции «Уран» в ноябре 1942 — феврале 1943 г., движущей силой которой были не штрафники с заградотрядами, а танковые и механизированные корпуса.

История и роль приказа № 227 в ходе Великой Отечественной войны

Самый известный, самый страшный и самый спорный приказ Великой Отечественной войны появился через 13 месяцев после ее начала. Речь идет о знаменитом приказе Сталина № 227 от 28 июля 1942 года, известном как «Ни шагу назад!».

Что скрывалось за строками этого необыкновенного приказа Верховного главнокомандующего? Чем были вызваны его откровенные слова, его жестокие меры и к каким результатам они привели?

«У нас нет уже преобладания над немцами…»

В июле 1942 года СССР вновь оказался на грани катастрофы — выдержав в предыдущем году самый первый и страшный удар врага, Красная армия летом второго года войны снова вынуждена была отступать далеко на восток. Москва хотя и была спасена в боях минувшей зимы, но фронт все еще стоял в 150 км от нее. Ленинград находился в страшной блокаде, а на юге после долгой осады был потерян Севастополь. Враг, прорвав линию фронта, захватил Северный Кавказ и рвался к Волге. Вновь, как и в начале войны, наряду с мужеством и героизмом среди отступающих войск появились признаки падения дисциплины, паникерства и пораженческих настроений.

К июлю 1942 года из-за отступления армии СССР потерял половину своего потенциала. За линией фронта, на оккупированной немцами территории, до войны проживало 80 млн людей, производилось около 70% угля, чугуна и стали, пролегало 40% всех железных дорог СССР, находилась половина поголовья скота и посевных площадей, ранее дававших половину урожая.

Не случайно приказ Сталина № 227 впервые предельно откровенно и четко сказал об этом армии и ее бойцам: «Каждый командир, каждый красноармеец… должны понять, что наши средства небезграничны… Территория СССР, которую захватил и стремится захватить враг, — это хлеб и другие продукты для армии и тыла, металл и топливо для промышленности, фабрики, заводы, снабжающие армию вооружением и боеприпасами, железные дороги. После потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и других областей у нас стало меньше территории, стало быть, стало намного меньше людей, хлеба, металла, заводов, фабрик… У нас нет уже преобладания над немцами ни в людских ресурсах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше — значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину».

Если ранее советская пропаганда описывала прежде всего успехи и удачи, подчеркивала сильные стороны СССР и нашей армии, то приказ Сталина № 227 начинался именно с констатации страшных неудач и потерь. Подчеркивал, что страна стоит на грани жизни и смерти: «Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину. Поэтому надо в корне пресекать разговоры о том, что мы имеем возможность без конца отступать, что у нас много территории, страна наша велика и богата, населения много, хлеба всегда будет в избытке. Такие разговоры являются лживыми и вредными, они ослабляют нас и усиливают врага, ибо, если не прекратим отступления, останемся без хлеба, без топлива, без металла, без сырья, без фабрик и заводов, без железных дорог».

«Отступать дальше — значит загубить себя и загубить нашу Родину»

Приказ народного комиссара обороны СССР № 227, появившийся 28 июля 1942 года, уже в начале августа был зачитан личному составу во всех частях фронтов и армий. Именно в эти дни наступающий враг, прорываясь к Кавказу и Волге, грозил лишить СССР нефти и основных путей ее транспортировки, то есть окончательно оставить нашу промышленность и технику без топлива. Вместе с потерей половины людского и экономического потенциала это грозило нашей стране смертельной катастрофой.

Именно поэтому приказ № 227 был предельно откровенен, описывая потери и трудности. Но он же и показывал путь к спасению Родины — врага надо было во что бы то ни стало остановить на подступах к Волге. «Ни шагу назад! — обращался в приказе Сталин. — Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории… Наша Родина переживает тяжелые дни. Мы должны остановить, а затем отбросить и разгромить врага, чего бы это нам ни стоило».

Подчеркивая, что армия получает и будет получать из тыла все больше нового оружия, Сталин в приказе № 227 указал на главный резерв внутри самой армии. «Не хватает порядка и дисциплины… — объяснял в приказе вождь СССР. — В этом теперь наш главный недостаток. Мы должны установить в нашей армии строжайший порядок и железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять свою Родину. Нельзя дальше терпеть командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции».

Но приказ № 227 содержал не только моральный призыв к дисциплине и стойкости. Война требовала суровых, даже жестоких мер. «Отныне отступающие с боевой позиции без приказа свыше являются предателями Родины», — гласил сталинский приказ.

Согласно приказу от 28 июля 1942 года командиров, виновных в отступлении без приказа, полагалось снимать с занимаемых должностей и отдавать под суд военного трибунала. Для виновных в нарушениях дисциплины создавались штрафные роты, куда направляли солдат, и штрафные батальоны для нарушивших воинскую дисциплину офицеров. Как гласил приказ № 227, «провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости» необходимо «поставить на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления перед Родиной».

Отныне фронт до самого конца войны не обходился без штрафных частей. С момента выхода приказа № 227 и до окончания войны было сформировано 65 штрафбатов и 1048 штрафных рот. До конца 1945 года через «переменный состав» штрафников прошло 428 тысяч человек. Два штрафбата даже поучаствовали в разгроме Японии.

Штрафные части сыграли заметную роль в обеспечении жестокой дисциплины на фронте. Но не стоит и переоценивать их вклад в победу — за годы Великой Отечественной не более 3 из каждых 100 военнослужащих, мобилизованных в армию и на флот, прошли через штрафные роты или батальоны. «Штрафники» составляли по отношению к людям, находившимся на линии фронта, не более около 3–4%, а по отношению к общему числу призванных — около 1%.

Помимо штрафных частей, практическая часть приказа № 227 предусматривала создание заградительных отрядов. Приказ Сталина требовал «поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов и тем помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной».

Первые загрядотряды стали создаваться еще в ходе отступления советских фронтов в 1941 году, но именно приказ № 227 ввел их в общую практику. К осени 1942 года на линии фронта действовало уже 193 заградительных отряда, 41 заградотряд принял участие в ходе Сталинградской биты. Здесь таким отрядам довелось не только выполнять поставленные приказом № 227 задачи, но и драться с наступающим врагом. Так, в осажденном немцами Сталинграде заградотряд 62-й армии почти полностью погиб в жестоких боях.

Осенью 1944 года заградительные отряды по новому приказу Сталина были расформированы. В преддверии победы уже не требовались столь чрезвычайные меры по поддержанию фронтовой дисциплины.

«Ни шагу назад!»

Но вернемся в страшный август 1942 года, когда СССР и все советские люди стояли на грани смертельного поражения, а не победы. Уже в XXI веке, когда давно закончилась советская пропаганда, а в «либеральной» версии истории нашей страны возобладала сплошная «чернуха», прошедшие ту войну фронтовики отдали должное этому страшному, но необходимому приказу.

Вспоминает Олимпиев Всеволод Иванович, в 1942 году боец гвардейского кавалерийского корпуса: «Это был, безусловно, исторический документ, появившийся в нужное время с целью создать в армии психологический перелом. В необычном по содержанию приказе впервые многие вещи назывались своими именами… Уже первая фраза «Войска Южного фронта покрыли позором свои знамена, оставив без боя Ростов и Новочеркасск. » вводила в шок. После выхода приказа № 227 мы почти физически начали ощущать, как в армии заворачиваются гайки».

Шаров Константин Михайлович, участник войны, уже в 2013 году вспоминал: «Правильный приказ был. В 1942 году началось колоссальное отступление, даже бегство. Моральный дух войск упал. Так что приказ № 227 не зря вышел. Он же вышел после того, как Ростов оставили, а вот если бы Ростов стоял так же, как Сталинград…»

Страшный приказ № 227 произвел впечатление на всех советских людей, военных и гражданских. Личному составу на фронтах его зачитали перед строем, в прессе он не публиковался и не озвучивался, но понятно, что смысл приказа, который услышали сотни тысяч бойцов, стал широко известен советским людям.

Быстро узнал о нем и враг. В августе 1942 года наша разведка перехватила несколько приказов по 4-й танковой армии немцев, рвавшейся к Сталинграду. Первоначально командование противника считало, что «большевики разбиты и приказ № 227 не может уже восстановить ни дисциплины, ни упорства войск». Однако буквально через неделю мнение изменилось, и новый приказ германского командования уже предупреждал, что отныне наступающему «вермахту» придется столкнуться с сильной и организованной обороной.

Если в июле 1942 года, в начале наступления гитлеровцев к Волге, темпы продвижения на восток, вглубь СССР, порой измерялись десятками километров в сутки, то в августе их уже мерили километрами, в сентябре — сотнями метров в сутки. В октябре 1942 года в Сталинграде как большой успех немцами расценивалось продвижение на 40–50 метров. К середине октября и такое «наступление» остановилось. Сталинский приказ «Ни шагу назад!» был выполнен буквально, став одним из важнейших шагов к нашей победе.

ПРИКАЗ 227: «НИ ШАГУ НАЗАД» (Малоизвестные страницы истории заградотрядов)

О штрафниках и заградотрядах в годы прошлой войны написано до обидного мало. А ведь через них прошло немало военнослужащих. При этом следует отметить, что в армиях западных государств подобных формирований не было. В вермахте и в армиях союзников Германии штрафные части и заградотряды были. До недавнего времени трудно было найти документы, позволившие бы изучить эту страницу истории Красной Армии. Они были засекречены. Но сейчас многие из них введены в научный оборот. Издан интереснейший сборник под названием «Сталинградская эпопея. Впервые публикуемые документы, рассекреченные ФСБ РФ…». В нём – материалы двух оперативно-чекистских подразделений НКВД СССР: Управления Особых отделов и военной контрразведки и цензуры. Многие из них о том, как формировали заградотряды НКВД и штрафные подразделения Красной Армии. Весьма интересной является публикация А. А. Черкасова «Основоположники применения заградотрядов». Обзору этих материалов, как и некоторых других, посвящена статья.

Историк А. А. Черкасов один их первых попытался определить предназначение заградотрядов. Он подчеркивает, что формирование подобных частей предусматривалось в случае массового бегства солдат с фронта – с целью их удержания и возвращения в окопы. Возвращение могло осуществляться по-разному: путем открытия заградительного огня по отступающим; задержания отступающих военнослужащих, сопровождающимся расстрелом зачинщиков и виновных. При этом он отмечает, что широкое распространение заградотряды получили в Красной Армии не только в годы Второй мировой войны. Появились они в годы гражданской и финской войн. Руководитель военного ведомства страны Л. Троцкий в свое время утверждал, что «Нельзя вести массы людей на смерть, не имея в арсенале командования смертной казни. Надо ставить солдата между возможной смертью впереди и неизбежной смертью позади». 12 августа 1919 года с одобрения Ленина в частях 14 армии РККА, согласно директиве реввоенсовета армии, Л. Д. Троцкий организовал заградительные отряды. В 1920 году Реввоенсовет Западного фронта издал приказ № 213, который предписывал, чтобы каждое соединение имело за своей спиной хотя бы тонкую, но прочную сетку заградительных отрядов. Во время 105-дневной финской войны Красная Армия вновь была вынуждена ввести заградотряды для повышения наступательного порыва своих частей. Использовались они и в первый год войны. 12 сентября 1941 года, сообщает цитируемый автор, Сталин издал директиву, предписывающую сформировать в каждой дивизии заградительный отряд, численностью не менее батальона. «Основной задачей этих специальных подразделений, – пишет А. Черкасов, – приказано было считать прямую помощь командному составу части в установлении твердой дисциплины, предотвращения бегства военнослужащих вплоть до применения оружия». В период операции на Керченском полуострове имел место случай расстрела заградотрядом двух батальонов. На протяжении войны, до конца 1944 года, заградотряды являлись неотъемлемой частью при советских штрафных подразделениях, при частях прорыва и на местах наиболее стратегически важной обороны. Но особую роль они стали играть в июле 1942 года, когда ситуация на фронте стала критической и немцы со своими союзниками рвались к Волге и на Кавказ.

К середине 1942 года обстановка на советско-германском фронте стала весьма напряжённой. Многие считали, что СССР находится на грани поражения. По словам самого Сталина, страна потеряла более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба и более 10 миллионов тонн металла в год. «У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше – значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину…», – отмечал Верховный Главнокомандующий. Несомненно, настроения личного состава, или политико-моральное состояние, как говорили тогда, было разным. Большинство солдат и офицеров понимали необходимость борьбы до последнего патрона, до последней капли крови. Но немалое количество военнослужащих были подвержены пораженческим настроениям. Особые Отделы НКВД их отслеживали, докладывали и принимали соответствующие меры. К примеру, в докладной записке Особого Отдела Юго-Западного фронта в адрес Берии от 5 июля 1942 года сообщалось «о пораженческих настроениях и изменнических высказываниях со стороны некоторых военнослужащих». К примеру, младший сержант Багатиков Иван Матвеевич в беседе с бойцами говорил: «…70 тысяч бойцов и командиров, о которых идёт речь в газете (имеется в виду Харьковская катастрофа летом 1942 г. В. Л.), не пропали без вести, а перешли к противнику. Я тоже возьму автомат, перестреляю командиров и с автоматом перейду к немцам…». Красноармеец Пилипчук «в присутствии ряда красноармейцев заявил: «…Видно по ходу войны, что Красная Армия не победит немецкую армию, и немец с Украины никуда не уйдёт. Счастливый тот, кто остался в тылу у немцев и живёт себе припеваючи и работает дома…». Красноармеец Макогонов «красноармейцам своего подразделения говорил: «…Если красноармейцам всем повернуть оружие против комиссаров и командиров, то войне через десять минут был бы конец, и вновь восстановилось бы единоличное хозяйство и было бы продуктов вдоволь…». Командир орудия Прокопенко среди красноармейцев орудийного расчета прочитал немецкую листовку, а затем заявил: «…Немцы делают совершенно правильно, что сбрасывают листовки. То, что они пишут в своих листовках – всё правильно… Единоличное распределение земли крестьянам верно… Моя мать на оккупированной территории живёт хорошо и ожидает меня…». Таких высказываний в сборнике приводится множество. Там же цитируются выдержки из писем военнослужащих своим родным и близким. И картина такая же! Наряду с письмами патриотического содержания, немало с описанием своих пораженческих настроений. Есть и антисемитского характера. Так, в письме, адресованному Акифьеву Е. И., автор пишет о евреях, что они «ни воевать, ни работать не то не хотят, не то не способны. Это евреи. Да, на русских костях был построен социализм, и русские кости сейчас трещат всюду и везде. И это всё мало русскому. Ему надо дать больше, чтобы он был злее и опомнился, что евреи – это первый умный хищный паразит, при том тихий и хитрый, которому места давать нигде не надо… Надоело воевать и мотаться из-за каких-то евреев…». Уж не знаю, отчего такая неприязнь к евреям, которых на Сталинградском и Донском фронтах было более чем достаточно. И это, кстати, неоднократно отмечается в документах. Так, в Докладной записке Особого Отдела Донского фронта на имя Абакумова сообщается о прибытии на фронт новой весьма боеспособной дивизии (252 стрелковая). И, как положительный момент, отмечается, что в ней 9505 человек русских, украинцев, белорусов и евреев. И вообще еврейских фамилий в документах, упоминаемых в положительном контексте, довольно много. Это и Трахтенберг, и комиссар противотанкового дивизиона знаменитой 62-й армии Чуйкова старший политрук Зайдман, начальник оперативного управления Донского фронта полковник Раппопорт и многие-многие другие. А сколько их было безымянных солдат и сержантов! Но вернёмся к письмам и настроениям. Как уже отмечалось, всех взятых на учёт, как правило, арестовывали с вытекающими отсюда последствиями – вплоть до расстрела. Но этого было мало. Следовало предпринять нечто более существенное. В противном случае войну можно было и проиграть. Вот в таких условиях и появился приказ наркома обороны СССР № 227 от 28 июля 1942 года. Приказ весьма суровый, но, видимо, в то время необходимый. Немцы вышли на Кавказ, рвались к Сталинграду. И в те дни во всех подразделениях Красной армии зачитали такие слова: «Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной армии разочаровывается в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие проклинают Красную Армию за то, что она отдаёт наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток…». Сталин потребовал паникёров и трусов истреблять на месте. «Отныне железным законом дисциплины для каждого командира, красноармейца, политработника должно явиться требование – ни шагу назад без приказа высшего командования». Все, отступившие без приказа, независимо от занимаемой должности и воинского звания, предавались суду военного трибунала. Далее в приказе анализируется немецкий опыт наведения порядка в войсках. Верховный отмечал, что после поражения в 1941 году немцы сформировали 100 штрафных рот, в которых солдаты искупали свою вину кровью. Десять штрафных батальонов были сформированы из провинившихся офицеров. Наконец, нацисты сформировали специальные отряды заграждения, которые размещали в тылу у неустойчивых дивизий. «Как известно, эти меры возымели свое действие и теперь немецкие войска дерутся лучше, чем дрались зимой…». Насчёт заградотрядов вождь явно слукавил. Были они в Красной Армии раньше, чем в вермахте. Вышеприведённые факты – тому свидетельство. Но, скажем прямо, написать такое и объявить солдатам и офицерам всей воюющей армии, да ещё в, как казалось многим, безвыходной военной обстановке…На это мог отважиться не всякий. И не будем себя обманывать. Тиран отлично знал психологию масс. Интересна сама история написания этого приказа. Историку Куманёву маршал Василевский сообщил, что первый вариант приказа № 227 готовил он. «Правда, от того, что я написал, почти ничего не осталось. Сталин забрал мой проект и всё мне искромсал». Именно он внёс в текст потрясающие слова: «Многие проклинают Красную Армию». Рука тирана явно ощущалась в тексте приказа. Впрочем, это ведь был не первый такой приказ. В сборнике документов «1941 год» впервые приведен ещё один текст приказа от 16 августа 1941 года за подписью Сталина, Молотова, Шапошникова и Жукова. В Ставке в это время знали, что к середине августа в плен попали почти два миллиона военнослужащих Красной Армии. Было известно, что многие из них бросили оружие и по своей воле сдались врагу. Нельзя забывать, что слишком много тогда было в стране обиженных: дети священнослужителей, дворян, интеллигентов, раскулаченных. Но они не ведали, что для нацистов – они просто «недочеловеки». В приказе требовалось, чтобы «Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших Родину дезертиров. Обязать всех вышестоящих командиров и комиссаров расстреливать на месте подобных дезертиров из начсостава. И если такой начальник или часть красноармейцев вместо организации отпора предпочтут сдаться в плен – уничтожать всеми имеющимися средствами, как наземными, так и воздушными, а семьи, сдавшихся в плен красноармейцев, лишать государственной помощи и пособия». Приказ грозный. Но даже тогда он не объявлялся во всех подразделениях. Его до рядовых и младших командиров доводили в устной форме. И этот приказ никто не отменял. С введением в действие 227-го приказа, они действовали в своей совокупности. Но Сталин приказал в пределах каждого фронта создать от одного до трёх штрафных батальонов, по 800 человек каждый, куда направлялись средние и старшие командиры и соответствующие им по званию политработники всех родов войск, «провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости…». Их предписывалось ставить на более трудные участки фронта, чтобы дать возможность «искупить кровью свои преступления против Родины». Для этой же цели в пределах каждой армии (не фронта! В. Л.) создавались от пяти до десяти штрафных рот (по 150 – 200 человек в каждой), куда направлялись рядовые и младшие командиры по той же причине, и которые должны были также искупить кровью свою вину на труднейших участках. В каждой армии (тоже не фронта!) создавались 3 – 5 хорошо вооружённых заградительных отрядов (по 200 человек в каждом), и предписывалось «поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникёров и трусов и тем самым помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной». При этом следует отметить ещё один малоизвестный факт: Красная Армия была «отягощена» средним, старшим и высшим командно-начальствующим составом, составлявшим 15,5% штатной и 13,3% списочной численности Советских Вооружённых Сил. Другими словами, в Красной Армии один офицер приходился на 6 солдат и сержантов, тогда как в английской армии этот показатель был равен 1 : 15, японской – 1 : 19, во французской 1 : 22, а в вермахте – 1 : 29. Если учесть, что весьма значительная часть этих офицеров проходила через штрафные, батальоны, то станет понятной одна из причин нехватки офицеров в годы войны. Нельзя не отметить, что и в немецкой армии тоже были заградотряды, хотя и не в таком количестве, как в Красной Армии. Эти подразделения стояли позади слабо боеспособных румынских частей, а к концу войны и позади немецких частей. Для принятия действенных мер по пресечению дезертирства в вермахте был издан приказ штаба Германского Верховного главнокомандования от 13 декабря 1944 года о мероприятиях по борьбе с перебежчкиками, по которому предписывалось уничтожать их на месте, а подозреваемых в подобном умысле – судить. В том же приказе указывалось, что «Семья приговорённого к смерти перебежчика отвечает за преступления осуждённого свободой или жизнью…». Так что не только в СССР привлекали к ответственности семьи осужденных и перебежчиков.

В соответствии с приказом 227 к 15 октября 1942 года в действующих частях Красной Армии было сформировано 193 заградотряда. Все они были подчинены Особым отделам НКВД, одновременно созданы штрафные роты и батальоны. Жуков подписал «Положение о штрафных ротах и батальонах». В них направлялись провинившиеся на срок от одного до трёх месяцев. В роты – рядовые и сержанты, в батальоны офицеры. Командиры и комиссары назначались «из наиболее волевых и наиболее отличившихся в боях командиров и политработников РККА». Следует отметить, что военачальники с одобрением отнеслись к подобным мерам. К примеру, генерал Рокоссовский настаивал на том, чтобы заградотряды шли следом за пехотными частями и силой оружия заставляли бойцов подниматься в атаку. Штрафников направляли на наиболее трудные участки фронта. Выжить в подобной ситуации было трудно. Но деваться было некуда – впереди немцы, сзади – советские заградотряды НКВД. Ну а счастливчики, «искупившие свою вину кровью», направлялись после излечения или небольшого отдыха в обычные части со снятием судимости и восстановлением воинского звания. Сколько прошло через штрафбаты и штрафроты установить, видимо, не удастся никогда. Данные, приводимые в докладных записках Особых Отделов НКВД фронтов, были далеко не полными. В Докладной записке Особого Отдела Донского фронта прямо говорилось, что «приведённые цифровые данные о количестве осуждённых трусов, паникёров за октябрь и ноябрь месяцы (1942 года – В.Л.) по 21 и 64 армиям являются неполными, ввиду того, что оперативная отчетность выбывших особорганов, особорганами (так в тексте) сдана в архив через ОО НКВД Юго-Западного и Сталинградского фронтов». На простом языке это означало, что многие Особые Отделы переводились на другие фронты, расформировывались и, наоборот, создавались, а отчетность при этом терялась в дебрях архивов. Но даже неполные данные впечатляли. Например, в соответствующих документах сообщалось, что заградительными отрядами с начала их формирования (со 2 августа по 15 октября 1942 года) «задержано 140 755 военнослужащих, сбежавших с передовой линии фронта. Из числа задержанных арестовано 3980 человек, направлено в штрафные роты 2776 человек, в штрафные батальоны (т. е. офицеры) 185 человек. Возвращены в свои части и на пересыльные пункты 131 094 человека. Наибольшее число задержаний и арестов произведено заградительными отрядами Донского и Сталинградского фронтов…». В другой Докладной записке с Донского фронта от 17 февраля 1943 года сообщается, что кроме перечисленных выше мер на этом фронте расстреляно по решению суда перед строем «трусов и паникёров 49 человек… Кроме того, расстреляно по решению особорганов 120 трусов и паникёров…». Иначе говоря, расстрелы в большей мере осуществлялись не по приговору судебных органов, а по решению Особых Отделов НКВД. Естественно, что учёт всех казнённых был далеко не полным. А. А. Черкасов сообщает, что с конца 1942 года в распоряжение заградотрядов начали придаваться грузовики, танки и бронемашины. Они становятся более мобильными. Это было связано с тем, что Красная Армия начала наступать. Поэтому могли быть случаи сдачи в плен во время атаки. «Начиная со Сталинградской битвы, танки заградителей будут следовать за атакующей пехотой с целью недопущения её сдачи врагу», – пишет названный автор. Эти жестокие меры привели к тому, что ситуация стала постепенно выправляться, изменяться к лучшему. Но какой ценой! Можно себе только представить, сколько было осуждено, расстреляно на всех фронтах той страшной войны. По некоторым документам, выходящим за рамки использованного сборника, только с начала войны и по 10 октября 1941 года Особыми Отделами и заградотрядами войск НКВД по охране тыла было задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них расстреляно около 26 тысяч человек. Естественно, с переходом в наступление, изменением положения на фронте, в соответствии с приказом НКО от 29 октября 1944 года заградительные отряды были расформированы. Штрафные роты и батальоны сохранились до конца войны. В послевоенное время их аналогами стали дисциплинарные батальоны, срок пребывания в которых не засчитывался в срок службы. И после отбытия наказания, военнослужащие направлялись в свою часть для дослуживания. Офицеров, совершивших преступления, по закону судили и направляли отбывать наказание в соответствующие учреждения. Конечно, с позиций сегодняшнего дня можно осуждать те меры, которые были приняты в то время для наведения порядка. Но будет ли это правомерным? У государства тогда не было других мер воздействия на военнослужащих. Только принуждение, в его самых различных, иногда крайних формах могло в то время заставить определённую часть общества выполнить свой долг по отношению к государству и народу. Именно поэтому штрафные части были в вермахте, в румынской армии, в армиях других государств, за исключением армий западных союзников СССР. Так что к оценке событий того времени не следует подходить с мерками сегодняшнего дня. Это были другие люди, была другая эпоха. А вспоминаем мы об этом для того, чтобы, не дай Бог, подобное не повторилось никогда.

ОТ РЕДАКЦИИ: Все чаще и чаще приводятся параллели между коммунистами-ленинцами и нацистами-гитлеровцами. Притом, если раньше было выражение «ну, ты – хуже фашиста», то теперь появилось заявление, мол, чего на нас бочку катите, мы ведь хорошие были – не хуже фашиста. То есть: хуже фашиста быть нехорошо, а вести себя как фашист – это нормально. Попутно в России идет под лозунгом «борьбы с фальсификациями истории» реабилитация «светлого коммунистического» вчера.

За пределами России – в Европе об этом думают по-другому.

Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) вынесла резолюцию, признающую Советский Союз, наряду с нацистской Германией, виновной в развязывании Второй мировой войны.

Такой вывод основывается на пакте Молотова-Риббентропа 1939 года, который, как утверждает организация, послужил основой для конфронтации. Пакт поделил Польшу и остальные государства Восточной Европы между Москвой и Берлином.

Как сталинский, так и нацистский режим “влекли за собой преступления против человечности и геноцид”, утверждает организация.

ОБСЕ призвала объявить 23 августа – дату подписания соглашения – днем памяти жертв.

Популярное:

  • Приказ минтранса россии 18 Приказ Минтранса РФ от 8 февраля 2007 г. N 18 "Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути" (с изменениями и […]
  • Схема приказ определение Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 февраля 2005 г. N 160 "Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве" Приказ Министерства здравоохранения и социального […]
  • Налоги имеют обратную силу Действие актов законодательства о налогах и сборах во времени Одним из немаловажных вопросов, заслуживающих отдельного внимания, является определение действия актов законодательства о налогах и сборах во времени, в том числе определение […]
  • Арбитражные окружные суды § 4. Федеральные арбитражные суды округов: порядок образования, структура и полномочия Федеральные арбитражные суды округов — среднее звено ветви арбитражных судов — были образованы в соответствии с Законом об арбитражных судах от 28 […]
  • Приказ мвд 230 мвд Приказ МВД РФ от 28 февраля 2000 г. N 230 "О признании утратившими силу и внесении изменений и дополнений в нормативные правовые акты МВД России" (утратил силу) Приказ МВД РФ от 28 февраля 2000 г. N 230"О признании утратившими силу и […]
  • Как оформить прибыль Как оформить прибыль Дата публикации 22.12.2015 Порядок распределения чистой прибыли ООО В соответствии с п. 2 ст. 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ распределение прибыли производится пропорционально долям. Однако распределять […]
  • Стратегия интеллектуальной собственности Роспатент: стратегия по интеллектуальной собственности решит ряд экономических проблем МОСКВА, 28 апреля. /Корр. ТАСС Юлия Сеславинская/. Отсутствие единого стратегического документа по развитию в России сферы интеллектуальной […]
  • Правила 516 от 11072002 Постановление Правительства РФ от 11 июля 2002 г. N 516 "Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых […]